Что здесь разбирается
Лежат у меня рядом два демотиватора. На первом королева Чужих и подпись: «Боишься "Чужих"? Опасайся людей, ведь они куда страшнее». На втором Эпикур и знаменитая трилемма: если Бог хочет предотвратить зло и не может, он не всесилен; если может и не хочет, он жесток; если может и хочет, откуда зло?
Вместе они задают вопрос этого текста: нужен ли для зла злой умысел. Рабочий ответ у меня такой.
ТЕЗИС Для зла не нужен злой умысел, достаточно дурака.
Ниже проверяю его на четырёх случаях: королева Чужих, Картер Бёрк из того же фильма, глупость по Бонхёфферу, Эйхман по Арендт. На Эйхмане тезис ломается, и место поломки оказывается интереснее самого тезиса.
I. Трилемма на двух осях
ФАКТ У самого Эпикура этого рассуждения нет. Известно оно в пересказе христианского автора Лактанция, «О гневе Божьем», глава 13, начало IV века. Часть исследователей возводит аргумент к академическим скептикам, к Карнеаду. Форма на картинке ближе всего к Юму: «Диалоги о естественной религии» (1779), часть X, реплика Филона. Четвёртой строки, «Тогда за что называть его Богом?», у Юма нет, её дописали позже.
ФАКТ Атеистом Эпикур не был. Боги у него есть, блаженные и бессмертные, и людьми они не занимаются, потому что забота нарушила бы их покой. Подпись «Атеисты побеждают» записывает его в лагерь, к которому он не принадлежал.
Меня здесь занимает устройство аргумента. Трилемма раскладывает источник зла по двум осям: может ли действующий предотвратить зло и хочет ли. Четыре клетки, в каждой готовый вывод.
Третья ось в трилемме есть, только спрятана в предпосылках. Бог по определению всеведущ, иначе у него оставался бы выход: хотел и мог, но не знал. Всеведение этот выход закрывает, поэтому трилемма его не перечисляет. У человека выход открыт, и третью ось приходится выписать явно: можно мочь, не желать зла и всё равно его причинить.
У человека эта ось двойная. Первая её часть — знание: известно ли действующему, к чему ведёт его действие. Вторая — мышление: способен ли он и готов ли сложить известное и вывести следствие. У Бога обе части сливаются во всеведении, у человека расходятся. Вместе я называю их «понимает». Остальной текст о ней.
Внутри «не понимает» работают три разных механизма.
Не знает: нет данных. Исполнителю не сообщили конечную цель действий.
Не может: дефект суждения, который не зависит ни от данных, ни от образования. Это глупость по Чиполле.
Не думает: данные есть, способность есть, суждения нет. Это бездумность по Арендт и наведённая глупость по Бонхёфферу.
«Дурак» в тезисе — второй и третий механизмы. Первый — отдельный случай, у незнания другая цена вины; к нему вернусь в разделе VI.
II. Королева: ущерб без вины
КАНОН В «Чужих» (Aliens, 1986, режиссёр Джеймс Кэмерон) королева защищает кладку. Её выводок убивает колонистов и десантников, людей превращают в инкубаторы. Ущерб огромный. Мерка вины к королеве не прикладывается, как к паводку или к эпидемии.
Почти не прикладывается. Фильм даёт ей больше, чем инстинкт. Рипли наводит огнемёт на яйца, и королева отводит воинов: сделка без единого слова. Рипли всё равно жжёт кладку, и королева пробирается на челнок и догоняет её на «Сулако». Это похоже на месть.
КАНОН Кэмерон дал хищнику зачатки умысла. Направлен этот умысел на защиту своих.
Это пригодится через страницу.
III. Бёрк: расчёт, который сработал как глупость
КАНОН Картер Бёрк — представитель корпорации Weyland-Yutani, прилетевший с отрядом. Рипли находит в журнале колонии распоряжение отправить людей к разбившемуся кораблю, «подписано: Бёрк, Картер Дж.». Колонистов не предупредили. Позже Бёрк пытается провезти через карантин эмбрионы в телах Рипли и девочки Ньют. Мотив он называет сам: эти два образца стоят миллионы для отдела биологического оружия.
КАНОН Рипли отвечает ему репликой, которую и пересказывает демотиватор: «Знаешь, Бёрк, не пойму, какой вид хуже. Эти хотя бы не подставляют друг друга ради паршивого процента».
Бёрк занимает в трилемме худшую клетку: может, хочет, понимает. Злодей по полному набору. На нём тезис о дураке как будто не нужен.
Нужен, если сменить способ оценки. ФАКТ Экономист-историк Карло Чиполла в эссе «Основные законы человеческой глупости» (по-английски 1976, по-итальянски в сборнике «Allegro ma non troppo», 1988) делит людей по двум осям: выгода себе и выгода другим. Выходит четыре типа. Умный выигрывает сам и даёт выиграть другим. Бандит выигрывает за счёт других. Беспомощный проигрывает сам, другие выигрывают. Глупец причиняет потери другим, ничего не получая сам, а то и теряя.
Чиполла считает итог, намерение в его таблице не участвует. Тип человека он определяет по тому, куда ложится бо́льшая часть его поступков, а не один поступок. Бёрка-человека в глупцы записать нельзя: об остальных его поступках фильм молчит. Записать можно поступок. По итогу он ложится в квадрант глупца: колония погибла, отряд погиб, образца нет, сам Бёрк остался в лапах Чужого. Задуман бандитским, сработал как глупый.
Сработал не случайно. План держался на том, что люди, чья жизнь зависела от сведений, этих сведений не получат: колонистов отправили к кораблю без предупреждения, отряду о настоящей цели не сказали. Кто прячет опасность от тех, кому с ней сталкиваться, лишает себя их осторожности и их помощи. Провал был заложен в конструкцию плана, кубик тут ни при чём.
ТЕЗИС Значит, оценок две: по замыслу и по исходу. Шкалы вида «инстинкт — глупость — бездумность — расчёт» их обычно смешивают. Арендт ниже меряет то, что происходит в голове. Чиполла меряет то, что вышло наружу. Расчёт от исхода глупца не страхует: ошибка в расчёте, помноженная на большие полномочия, даёт тот же результат, что и глупость.
IV. Бонхёффер: глупость, которую производят
ФАКТ Дитрих Бонхёффер, лютеранский пастор и участник заговора против Гитлера, на Рождество 1942 года написал для товарищей по сопротивлению текст «Через десять лет». Одна его часть — «О глупости». В апреле 1943 года Бонхёффера арестовали, в апреле 1945-го казнили во Флоссенбюрге. Текст вошёл в сборник тюремных писем «Сопротивление и покорность», поэтому его часто считают тюремным. Написан он до ареста.
Положений у него три.
Глупость опаснее злобы. Зло хотя бы оставляет в человеке неловкость и само себя выдаёт. «Против глупости мы беззащитны»: протест и сила не действуют, доводы не слышны, факты, противоречащие предубеждению, отбрасываются как несущественные.
Глупость — дефект человеческий, не интеллектуальный. Бывают люди быстрого ума, которые глупы, и тугодумы, которые не глупы.
Глупость производят. По Бонхёфферу, всякий сильный подъём власти в публичной сфере заражает глупостью большую часть людей: «власть одного нуждается в глупости другого». Человек под этим давлением теряет внутреннюю самостоятельность и становится орудием, которым распоряжаются лозунги. Лечит это освобождение, обучение не помогает, и внутреннее освобождение становится возможным, когда ему предшествовало внешнее.
ТЕЗИС Под одним словом здесь два разных явления. ФАКТ Второй закон Чиполлы: вероятность того, что человек глуп, не зависит от любых других его свойств, включая образование и положение. Глупость у Чиполлы — постоянная доля населения. У Бонхёффера она — состояние, в которое людей переводят. Дурак Чиполлы рождается, дурак Бонхёффера получается. В терминах раздела I первый «не может», второй «не думает».
Отсюда первый ответ на вопрос об ответственности. Если глупость производят, у неё есть производитель, и часть вины лежит на нём, на той власти, которой чужая глупость нужна.
V. Эйхман: глупость как алиби
ФАКТ Адольф Эйхман, оберштурмбаннфюрер СС, в Главном управлении имперской безопасности (РСХА) вёл депортацию евреев в лагеря уничтожения: составы, расписания, согласования. Вёл протокол Ванзейской конференции в январе 1942 года. После войны бежал, с 1950 года жил в Аргентине под именем Рикардо Клемент. В мае 1960 года группа Моссада вывезла его из Буэнос-Айреса. В 1961 году его судили в Иерусалиме, в 1962-м казнили.
ФАКТ Ханна Арендт освещала процесс и написала книгу «Эйхман в Иерусалиме. Банальность зла» (1963). На скамье она увидела не демона, а исполнительного чиновника, который говорил штампами и гордился работой. Он сам сказал суду, что канцелярский язык — его единственный язык. Арендт назвала это неспособностью думать с позиции другого человека.
ФАКТ И здесь первая поломка. Арендт отдельно оговаривает, что у Эйхмана была «чистая бездумность — нечто вовсе не тождественное глупости». Главный свидетель «банальности зла» против тезиса «достаточно дурака» свидетельствует сам: Эйхман дураком не был. Знал он и то, куда идут поезда: бывал в Аушвице, видел расстрелы на востоке. В терминах раздела I он не подходит ни под «не знает», ни под «не может». Арендт помещает его в «не думает».
Вторая поломка серьёзнее. ФАКТ Беттина Штангнет в книге «Эйхман до Иерусалима» (2011) разобрала записи бесед, которые Эйхман в 1957 году вёл в Аргентине с нидерландским нацистом Виллемом Сассеном. Там говорит другой человек: убеждённый антисемит, гордый своей ролью. Он ни о чём не жалеет. Он говорит, что был бы доволен, если бы удалось уничтожить всех. Полностью эти материалы на процессе не прозвучали.
ТЕЗИС Исполнительный чиновник в Иерусалиме был линией защиты. Человеку, которому грозит виселица, выгодно выглядеть шестерёнкой: за бездумность и глупость судят мягче, чем за умысел. Глупость — лучшее алиби зла.
Практическое следствие простое. Когда исполнитель зла представляет себя дураком или винтиком, это утверждение надо проверять так же, как любое показание обвиняемого в свою пользу.
Понятие Арендт от этого не рушится. Бездумность существует, и на ней держатся тысячи исполнителей помельче. Неудачным оказался пример, давший понятию имя.
VI. Свойство и рычаг
Теперь можно вернуться к шкале «инстинкт — глупость — бездумность — расчёт» и спросить, где на ней максимум вреда.
ТЕЗИС Ни в одной точке. Вред растёт с произведением двух величин: свойства действующего и рычага, на котором он стоит. Дурак у себя дома ломает свою табуретку. Дурак у пульта энергосистемы гасит район. С той же головой Эйхман-почтальон вредил бы соседям. Эйхман у расписаний депортации вредил миллионам. Бёрк опасен подписью, которой отправил колонию к координатам.
Рычаги строят люди, и строят так, чтобы каждому звену не нужно было понимать целое. Разделение труда делит и знание: машинист знает график, диспетчер — станцию назначения, бухгалтер — тариф. Здесь работает первый механизм, незнание: звену не сообщают, к чему ведёт его кусок работы. ТЕЗИС Машина, которая делит работу на куски, делает незнание нормой, а бездумность — должностным требованием. От звена нужно исполнение, вопрос «куда идёт состав» работе мешает.
Отсюда второй ответ об ответственности. Адресов у неё три: исполнитель; тот, кто дал ему рычаг; система, которая глупость производит или требует. Это не варианты на выбор, каждый адрес несёт свою долю. Долю исполнителя задаёт то, что он знал или мог узнать разумным усилием.
Кто не знал и не мог узнать, тот инструмент. Стрелочный перевод не судят: за него отвечают те, кто его так поставил.
Кто знал, отвечает как соучастник, и бездумность его не оправдывает.
Между ними третий случай: мог узнать и не стал. Право называет это умышленным неведением (англ. willful blindness, «намеренная слепота»): кто сознательно избегает знания, отвечает так, будто знал. В этой точке «не знает» переходит в «не думает», и здесь проходит граница между инструментом и соучастником.
ГИПОТЕЗА В зле большого масштаба чистых инструментов мало. Знание трудно изолировать полностью: вагоны видны, люди не возвращаются, слухи ходят. Чем больше масштаб, тем труднее не знать и тем чаще «не знал» означает «не стал узнавать».
ТЕЗИС Тезис приходится уточнить. Для зла умысел не нужен: хватает дурака на рычаге. «Дурак» здесь — тот, кто не может или не стал думать. Для зла масштаба страны обычно нужны оба: немногие с умыслом и многие без мысли.
VII. Обратно к демотиваторам
«Люди страшнее» — верно, хотя причина другая, чем подразумевает подпись. Вред королевы ограничен её биологией: улей, кладка, территория. Вред человека ограничен рычагом, а рычаги люди наращивают сами.
Реплика Рипли о другом. Она упрекает людей не в жестокости, а в том, что они подставляют своих. Королева дерётся за потомство. Бёрк продаёт тех, кого привёл.
У трилеммы вопрос «откуда зло» для Бога остаётся открытым. Для людей третья ось на него отвечает: из воли или из непонимания, и в обоих случаях оно умножено на полномочия.
Что осталось открытым
Глупость по Бонхёфферу и бездумность по Арендт могут оказаться одним явлением, увиденным с двух сторон: со стороны власти, которая её производит, и со стороны человека, который в неё уходит. ГИПОТЕЗА Если так, граница «глупость не выбирают, бездумность выбирают» проходит внутри одного процесса: в начале выбор есть, в конце его уже нет.
Масса обычных исполнителей — отдельная тема, рабочее название «Эйхман в миллионах». Опора: Кристофер Браунинг, «Обыкновенные люди» (1992), о 101-м резервном полицейском батальоне; опыты Стэнли Милгрэма с поправкой на критику Джины Перри («За шоковой машиной», 2012). ФАКТ У Браунинга есть деталь, важная для вопроса о вине. Перед первым расстрелом, в Юзефуве в июле 1942 года, майор Трапп предложил тем, кто не может, выйти из строя. Вышли единицы, наказания за отказ не последовало.
Источники
Лактанций. О гневе Божьем, гл. 13.
Д. Юм. Диалоги о естественной религии, ч. X. 1779.
H. Arendt. Eichmann in Jerusalem: A Report on the Banality of Evil. 1963.
B. Stangneth. Eichmann vor Jerusalem. 2011 (англ.: Eichmann Before Jerusalem, 2014).
D. Bonhoeffer. Nach zehn Jahren (декабрь 1942) // Widerstand und Ergebung.
C. M. Cipolla. The Basic Laws of Human Stupidity. 1976; Allegro ma non troppo. 1988.
«Чужие» (Aliens), реж. Дж. Кэмерон, 1986.